Interested Article - Чрезвычайная государственная комиссия по установлению и расследованию злодеяний немецко-фашистских захватчиков

Чрезвычайная государственная комиссия по установлению и расследованию злодеяний немецко-фашистских захватчиков и их сообщников и причинённого ими ущерба гражданам, колхозам, общественным организациям, государственным предприятиям и учреждениям СССР ( ЧГК ) — государственная комиссия СССР в годы Великой Отечественной войны . Комиссия была образована указом Президиума Верховного Совета СССР от 2 ноября 1942 года .

Указ предусматривал, что в задачу ЧГК входит «полный учёт злодейских преступлений нацистов и причинённого ими ущерба советским гражданам и социалистическому государству, установление личности немецко-фашистских преступников с целью предания их суду и суровому наказанию; объединение и согласование уже проводимой советскими государственными органами работы в этой области».

Комиссии предоставлялось право поручать надлежащим органам производить расследования, опрашивать потерпевших, собирать свидетельские показания и иные документальные данные, относящиеся к преступным действиям оккупантов и их сообщников на территории СССР .

Акты и сообщения ЧГК стали одним из важнейших доказательств обвинения в Нюрнберге .

Положение о ЧГК

Цели и задачи. Методы сбора информации

16 марта 1943 года была утверждено положение о Чрезвычайной государственной комиссии, где сообщалось, что ЧГК собирает документальные данные, проверяет их и по мере необходимости публикует материалы о нацистских преступлениях и материальном ущербе, что она издаёт распоряжения и инструкции по вопросам, входящим в компетенцию комиссии. Указывалось, что в необходимых случаях ЧГК будет иметь своих уполномоченных в союзных республиках, которые будут подчиняться непосредственно ей. Предусматривалось, что к составлению актов должны привлекаться представители советских, хозяйственных, профсоюзных, кооперативных и других общественных организаций, рабочие, колхозники и служащие.

Состав

Председатель комиссии — секретарь ВЦСПС Н. М. Шверник

Члены комиссии:

Состав секретариата

Для ведения дел Чрезвычайной государственной комиссии создавался секретариат в составе:

  • ответственный секретарь;
  • отдел по учёту злодеяний, совершенных немецкими оккупантами и их сообщниками против граждан Советского Союза;
  • отдел по учёту ущерба, причинённого колхозам и совхозам;
  • отдел по учёту ущерба, причинённого промышленности, транспорту , связи и коммунальному хозяйству ;
  • отдел по учёту ущерба, причинённого кооперативным , профсоюзным и другим общественным организациям;
  • отдел по учёту ущерба, причинённого культурным, научным и лечебным учреждениям, зданиям, оборудованию и утвари религиозных культов;
  • отдел по учёту ущерба, причинённого советским гражданам;
  • инспекторский отдел;
  • архив комиссии.

3 апреля 1943 года был утверждён штат комиссии в количестве 116 человек и смета в сумме 2 млн. 669 тыс. рублей.

В соответствии с положением от 16 марта 1943 года в республиках и областях также были созданы местные комиссии по расследованию преступлений немецко- фашистских захватчиков, которые действовали в тесном сотрудничестве и под руководством ЧГК. К началу 1944 года действовало 19 областных и республиканских комиссий.

Деятельность комиссии

Содействие работе ЧГК

Мандат на командировку в Калининскую область , выданный члену ЧГК Веденееву 17 июля 1943 года

ЧГК сразу же приступила к работе и собрала массу доказательств преступлений фашистских захватчиков. Создание комиссии было встречено с большим удовлетворением советской общественностью, которая приняла самое активное участие в сборе материалов о преступлениях нацистов на оккупированных территориях. Многие советские граждане обращались в комиссию, выражая свою готовность оказать помощь в её работе. Так, 20 ноября 1943 г. к Н. М. Швернику обратился с письмом первоиерарх православной обновленческой церкви А. Введенский . Он сообщал, что у него имеются документы, свидетельствующие о зверствах оккупантов на Северном Кавказе , и предлагал сделать личное сообщение по этому вопросу. Фронтовик Н. Д. Свердлин писал: «Создание Чрезвычайной государственной комиссии принесло всем большое удовлетворение, ибо этим самым наша власть громогласно декларировала о том, что ни одно злодеяние не останется без возмездия». С предложением передать комиссии различные материалы о преступлениях захватчиков обратился батальонный комиссар 29-й армии Западного фронта Н. В. Харитоненко.

Масштаб и методология работ ЧГК

Общий охват населения

В работе по составлению актов о преступлениях гитлеровцев и установлению ущерба, причинённого захватчиками, приняло участие свыше 7 млн человек — рабочих, колхозников, инженеров, техников, деятелей науки, культуры, священнослужителей и др. Акты составлялись в соответствии с подробно разработанными ЧГК инструкциями о порядке установления и расследования злодеяний немецко-фашистских захватчиков и по установлению размеров ущерба.

В частности, инструкция по установлению злодеяний, принятая на заседании комиссии 31 мая 1943 года, предусматривала, что расследования проводятся республиканскими, областными и краевыми комиссиями, а в районах, где ещё не восстановлена работа местных органов власти, — командным составом частей Красной Армии при участии военных врачей.

Порядок документирования преступлений

Документ Псковской областной комиссии о числе лиц, пострадавших (в том числе погибших) на территории Псковской области в период её оккупации

Факты злодеяний должны были устанавливаться актами на основе заявлений советских граждан, опроса потерпевших, свидетелей, врачебных экспертиз и осмотра места совершения преступлений. При этом следовало установить виновников злодеяний — организаторов, подстрекателей, исполнителей, пособников, их фамилии, названия воинских частей, учреждений, организаций. Акты должны были содержать как можно более точное описание совершенных преступлений. Следовало указывать фамилию, имя, отчество и место жительства граждан, удостоверяющих факт злодеяния. К актам должны были прилагаться все относящиеся к делу документы — протоколы опросов, заявления граждан, заключения медицинских экспертов, фотоснимки, письма советских людей, угнанных в Германию, немецкие документы и др. Акты должны были составляться непосредственно на местах совершения преступлений в месячный срок после освобождения советских территорий .

Члены комиссии и сотрудники секретариата выезжали в освобождённые районы, чтобы помочь наладить работу местных комиссий и в целях контроля за проделанной ими работой. Они производили обследование могил и трупов, собирали многочисленные показания свидетелей и освобождённых узников немецких тюрем и концлагерей, допрашивали пленных солдат и офицеров, изучали вражеские документы, фотоснимки и другие улики чудовищных преступлений.

Результаты работы ЧГК

Внешние изображения
, приготовленные фашистскими извергами к сожжению» (лагерь смерти Клоога, Эстония, 1944 г.)
, 1944 г.

ЧГК рассмотрела и изучила 54 тыс. актов и свыше 250 тыс. протоколов опросов свидетелей и заявлений о злодеяниях фашистов. По данным этих документов, только на территории Советского Союза нацисты убили и замучили во время оккупации миллионы мирных советских граждан и военнопленных. Комиссия рассмотрела около 4 млн актов о причинённом ущербе, который составлял 679 млрд рублей (лишь прямой ущерб). На основании материалов расследований ЧГК составила список немецких руководителей и непосредственных исполнителей преступлений, а также лиц, эксплуатировавших советских граждан.

Итоги работы ЧГК

Опираясь на многочисленные акты, документы, вещественные доказательства, ЧГК опубликовала за время своей работы 27 сообщений о злодеяниях гитлеровцев, совершенных ими на территории СССР и Польши. Также комиссией было опубликовано два тома документов. Акты и сообщения Чрезвычайной государственной комиссии стали одним из важнейших доказательств обвинения в Нюрнберге . Сотрудник комиссии С. Т. Кузьмин был включён в состав советской делегации на процессе.

Собранные ЧГК материалы позволили уже в 1943 году провести судебные процессы над военными преступниками в Харькове и Краснодаре ( Краснодарский процесс ), а несколько позже ( 1945 1946 гг.) и в других городах — Киеве , Минске , Риге , Ленинграде , Смоленске , Брянске , Великих Луках и др.

Акты ЧГК также использовались как доказательство при осуждении немецких военнопленных на закрытых судебных процессах конца 1940-х годов. Директива МВД, МГБ и Прокуратуры СССР № 746/364/213сс от 29 ноября 1949 года предписывала :

В тех случаях, когда достаточных следственных материалов о конкретной преступной деятельности не имеется, военнопленных офицеров, служивших на командных оперативных должностях в органах и войсках СС, предавать суду по ст. 17 УК РСФСР и Указу от 19 апреля 1943 года за самый факт принадлежности к СС как военных преступников. Во всех случаях, когда это возможно, указывать на акты Чрезвычайной государственной комиссии, устанавливающие преступления воинской части, в которой состоял обвиняемый

По этому же принципу предписывалось судить командный и рядовой состав концлагерей и лагерей для советских военнопленных, а также работников судов, полиции, прокуратуры .

Критика

Немецкий историк (нем.) ( нем. Dieter Pohl ) предостерегает от однозначной трактовки материалов Чрезвычайной государственной комиссии, чья собственная история до сих пор не исследована достаточно полно. В частности,

невозможно однозначно оценить влияние на результаты исследования региональных коммунистических организаций и органов госбезопасности, которые тесно сотрудничали с Государственной комиссией.

В особенности бросаются в глаза

местами относительно общие оценки потерь, да и вообще жёстко предопределённый ход расследования.

Дитер Поль считает прискорбным преждевременное, по всей видимости, политически обусловленное прекращение расследования, которое уже по большей части было остановлено в 1945 году. Тем не менее, он подчёркивает важность обширных материалов Государственной комиссии, которые также порой включают и немецкие документы.

Датский исследователь Нильс Бо Поульсен также подчеркивает необходимость критического подхода к материалам Чрезвычайной государственной комиссии, указываяя, в частности, на влияние на её работу спецслужб. По оценке Поульсена, хотя «достоверность многих, а возможно, и большинства материалов, собранных Комиссией, не подлежит сомнению», приводимое в материалах Комиссии количество жертв среди мирного населения при перекрестной проверке часто оказывается искажённым — как правило, завышенным (порой во много раз). Кирилл Феферман приводит ряд примеров из УССР, когда количество жертв, напротив, преуменьшалось, дабы умалить масштаб Холокоста и подвести базу под заявление И.Сталина 1946 г. о семи миллионах погибших советских граждан во время войны. Возможно также, что цифры подгонялись под данные о реальной демографической ситуации в СССР на момент окончания войны .

Доктор исторических наук Виктор Земсков полагает, что данные по погибшим и замученным среди гражданского населения завышены не менее, чем в 2 раза. Главным образом за счет того, что местные комиссии ЧГК включали в списки погибших множество жителей, покинувших оккупированные населенные пункты, в том числе сожженные деревни .

Кроме того, по мнению Нильса Бо Поульсена, некоторые преступления, ответственность за которые Чрезвычайная государственная комиссия возложила на немецкую сторону, на самом деле были совершены советскими органами госбезопасности. В частности, это касается расстрела военнопленных под Катынью (в этом случае члены Комиссии просто подписали отчёт, заранее подготовленный НКВД ) и расстрела заключённых в Виннице (отчет о расследовании которого, однако, никогда не публиковался) .

Российский историк Никита Петров указывал на то, что опрошенные ЧГК лица не могли назвать имена конкретных участников военных преступлений и в результате этого ответственность автоматически возлагалась на руководство немецкой армии и военную администрацию . Отвечая на замечания Петрова, венгерский историк Тамаш Краус указывал, что Петров стоит на позиции презентизма и забывает о том, что в военное время намного труднее определить виновных в преступлениях и потому в военное время резко возрастает роль командиров, которые «одни располагают правом и возможностью обуздать и дисциплинировать своих солдат» . По мнению Крауса, достоверность делает документы ЧГК незаменимыми историческими источниками для учёных .

См. также

Примечания

  1. . Дата обращения: 21 июня 2007. 13 июля 2007 года.
  2. Кузьминых А. Л. Выявление нацистских военных преступников в советских лагерях для военнопленных (1944—1949 гг.) // Военно-исторический журнал . — 2018. — № 9. — С. 47.
  3. Dieter Pohl . Die einheimischen Forschungen und der Mord an Juden in den besetzten Gebieten. S. 206 / In: Wolf Kaiser . Täter im Vernichtungskrieg. Berlin 2002, ISBN 3-549-07161-2 , S. 204—216. (нем.)
  4. от 16 июня 2015 на Wayback Machine // Голокост і сучасність. — 2009. — № 1(5). — С. 27—45.
  5. . Дата обращения: 13 января 2021. 24 февраля 2021 года.
  6. Краус Т. Варга Е. М. от 11 июня 2021 на Wayback Machine // Журнал российских и восточноевропейских исторических исследований. — 2015. — № 1 (6). — С. 81 — 82.
  7. Краус Т. Варга Е. М. от 11 июня 2021 на Wayback Machine // Журнал российских и восточноевропейских исторических исследований. — 2015. — № 1 (6). — С. 82.

Литература

  • / Отв. ред. А. И. Полторак ; Институт всеобщей истории АН СССР . — М. : Наука , 1975. — 240 с.
  • Дюков А. Р. . — М. : Яуза, Эксмо, 2007. — 576 с. — (Война и мы). — ISBN 978-5-699-22722-8 .
  • Sorokina M. People and Procedure: Toward the History of the Soviet Investigations of the Nazi War Crimes // Kritika: Explorations in Russian and Eurasian History. Vol. 6, N 4. Fall 2005. P. 797—831.
  • Sorokina M. On the Way to Nuremberg: The Soviet Commission for the Investigation of Nazi War Crimes // The Nuremberg War Crimes Trial and its Policy Consequences Today / Beth A. Griech-Polelle (ed.). Baden-Baden: Nomos Verlagsgesellschaft, 2009. P. 33-42.
Источник —

Same as Чрезвычайная государственная комиссия по установлению и расследованию злодеяний немецко-фашистских захватчиков