Прямое попадание
- 1 year ago
- 0
- 0
Прямое (молитвенное) имя — на Руси в XIV — XVI веках христианское имя , которым младенец нарекался в честь того святого, память которого отмечалась в день его рождения (или на 8-й, и т. п. — существовали разные системы расчетов).
Являлось дополнительным, «не публичным» именем; в подавляющем большинстве случаев человека называли другим, основным именем, которое было традиционным именем в его семье . Лучше всего феномен такой двуименности изучен в роду Рюриковичей (см. Родовые имена Рюриковичей ). Есть свидетельства о бытовании такой двуименности и вне княжеской семьи, и даже в простом народе (где, как и у князей, она также продолжала языческо-христианскую традицию).
Непубличное прямое имя как бы приходило «само собой», не зависело от воли родителей младенца и определялось Божественным промыслом. А публичное княжеское имя, наоборот, выбиралось обдуманно, и соответствовало не только святцам, но и династическим интересам .
По происхождению такая двуименность, очевидно, связана с ранее существовавшей языческо-христианской двуименностью, когда Рюриковичи носили фамильное дохристианское имя (используемое чаще всего официально) и крестильное христианское (используемое только в церковном контексте): например, Ярослав-Георгий (Мудрый) , Владимир-Василий (Мономах) и др. К началу XV века языческие имена у князей уже практически не употреблялись, но обычай иметь и «тронное» имя (уже христианское), апеллирующее к именам предков, и «неофициальное» имя, апеллирующее к церковному календарю, хотя и в трансформированном виде, сохранился.
Ф. Б. Успенский указывает, что превращение этой двуименности из полуязыческой в полностью христианскую могло иметь в качестве примера вполне нормальную с точки зрения православия систему — когда человек действительно имел два христианских имени, но второе получал при постриге .
Причиной возникновения подобной традиции исследователи считают «давление месяцеслова», при котором ребёнок был обязан получать имя по святцам, однако это не соответствовало целям родовых имен, и поэтому возник подобный выход . Кроме того, присутствие у князя нескольких святых покровителей вполне отвечало древней традиции. Вдобавок, «не чужд был ей и некоторый эзотеризм, „затененность“ одного из именований князя» . «Во всей истории Рюриковичей прослеживается отчетливая закономерность: у князя должно быть „публичное“ имя и „непубличное“ имя. Поначалу „публичными“ являются исконные языческие имена, а „непубличными“ — христианские. Как только же христианские имена превращаются в основные, так сказать, официальные имена, становятся достоянием рода, формируется как бы второй пласт христианского именования, так или иначе связанный с датой рождения и личной судьбой князя, набор дополнительных, „непубличных“ христианских имен» .
Использовавшиеся в публичной жизни имена этих лиц (Дмитрий, Иван, Василий) были родовыми, династическими именами Рюриковичей, но нарекались также, разумеется, в честь определённых святых ( Димитрия Солунского , Иоанна Лествичника , Иоанна Предтечи и проч.). Небесными покровителями человека считались, таким образом, оба святых — «календарный» и «тронный». Утверждать точно, которое именно из этих имен было крестильным, во многих случаях сложно . Обладатели имен почитали обоих своих покровителей: так, на сохранившихся иконках и панагиях Ивана Грозного изображены и святой Иоанн, и святой Тит.
Первые признаки зарождения этой традиции можно заметить в конце XII века, когда в летописях сообщения о рождении младенца уже записываются в формате: «родился на день памяти святого А, и наречен в крещении именем Б» .
К XVII веку «прямое» имя выходит из употребления; цари и царевичи из рода Романовых уже пользуются только одним христианским именем.